Контуры новой коалиции в регионе Южного Кавказа

 

С распадом Советского Союза мир вступил в новую фазу конфронтации, при которой имперской политике Соединенных Штатов стал противопоставляться потенциал на формирование интеграционных проектов.

Государства неспокойного по ряду показателей Южного Кавказа после разрушительных войн за территориальный передел вступили в новую фазу решения конфликтов. Определив с 2003 года свой внешнеполитический курс на евроинтеграцию, Грузия фактически стала «проводником» западной политики в регионе, тем самым продемонстрировав свое политическое решение отделиться от России. При этом, сохраняя долгое время энергетическую зависимость от Москвы, Грузия начала активный поиск новых партнеров, возродив в регионе Южного Кавказа запрос на интеграционные проекты.

Пользуясь моментом, Анкара с целью реализации своих амбициозных планов и будучи вовлеченной в политическую жизнь закавказских игроков, методом конфронтации и партнерства стала «замыкать на себе» государства региона. Через экономическое и энергетическое сотрудничество Турция укрепила свои позиции в отношениях с Грузией, которая, в свою очередь, стала активно налаживать связи с Азербайджаном. Этот процесс, развиваясь на фоне устоявшихся отношений между Арменией и Ираном, создал условия, при которых на территории Южного Кавказа сформировалось два полюса сил.

Очередной виток противоречий между Вашингтоном и Тегераном изменил заданный сюжет, придав процессам динамику и создав предпосылки для включения новых игроков. Израиль, заинтересованный в каспийской нефти, а также в закреплении своих позиций в сложившемся противостоянии с Ираном, после визита министра иностранных дел в Баку, фактически обозначил готовность расширить свое присутствие на Южном Кавказе, что привело к потенциалу на формирование в регионе новой коалиции, контуры которой прослеживаются в блоке – Турция-Грузия-Азербайджан-Израиль, имеющих схожие интересы в геостратегической, экономической и ресурсно-энергетической плоскостях.

В тоже время, США, продвигая свой внешнеполитический курс в сфере энергетики, с целью закрепления своих позиций в Каспийском регионе, предложили на пост посла в Азербайджане кандидатуру Ричарда Морнингстара, являющегося спецпредставителем госдепартамента США по энергетическим вопросам в Евразии.

Этими обстоятельствами обусловлен переходный этап в политической жизни Южного Кавказа, в рамках которого, в случае формирования новой коалиции стран, устоявшийся формат отношений может измениться, закономерно отведя неразрешенным проблемам приоритетное место. К числу таковых относятся территориальные споры.

Исход противостояния Азербайджана и Армении, без учета прямого военного столкновения, которое недопустимо с точки зрения интересов вовлеченных игроков, будет определяться такими критериями как политическая жизнеспособность, идеологическая гибкость, динамичность экономики, актуальность и привлекательность культурных ценностей. Эти параметры, в условиях происходящих перемен, могут стать базовой необходимостью для победы в территориальном споре за Нагорный Карабах.

Поэтому, занимая на сегодняшний день одну из ключевых позиций в формировании потенциальной коалиции (именно Азербайджан через дипломатическую гибкость может связать обозначенных игроков в единый блок), Баку трансформирует свою политическую роль, как в двусторонних отношениях с Турцией, так и в потенциальном союзе с Грузией и Израилем, оценивая при этом потенциал азербайджано-американских отношений с учетом возможного назначения на должность посла Ричарда Морнингстара.

Контуры новой коалиции на Южном Кавказе, обозначенные на сегодняшний день лишь на уровне разносторонних переговорных процессов между странами и их схожих интересов в ряде плоскостей, могут стать политически оформленным проектом, в рамках которого потенциальные участники смогут найти новые методы решения значимых для себя задач.

Азербайджан сможет снизить расходы на вооружение, что заметно скажется на экономическом росте страны и улучшит социально-политический климат, поскольку в своей риторике официальный Баку сможет опираться на потенциальную поддержку коалиции, выполнив тем самым общественный запрос на «прорыв» в замороженном конфликте.

Не последнее место в приоритетных задачах Грузии отводится реинтеграции Абхазии и Южной Осетии, которые, если и не готовы вернуться под контроль Тбилиси, остро нуждаются в союзнической поддержке для улучшения своих показателей в экономической, политической и социальной сферах. Эти обстоятельства делают Тбилиси заинтересованной стороной в формировании новой коалиции, в рамках которой переговорный процесс с Цхинвали и Сухуми может выйти на новый уровень.

В условиях непростых отношений с Турцией, Израиль заинтересован в сотрудничестве с Азербайджаном, поскольку это позволит усилить политическое и психологическое давление на Иран, кроме того, Баку может оказать содействие Израилю в переговорном процессе на Ближнем Востоке.

Что касается Турции, можно предположить, что на сегодняшний день эта страна является едва ли не главным интересантом в формировании нового блока сил, который, во-первых, повысит ее геостратегическую роль, во-вторых, расширит присутствие на Южном Кавказе, тем самым создав условия, при которых вопрос об открытии армяно-турецкой границы сможет быть решен на более выгодных условиях для Анкары.

Объединение стратегически важных с точки зрения геополитических процессов государств вполне соответствует интересам США, для которых выгодней формирование интеграционного проекта, позволяющего расширить присутствие в регионе, нежели инициативы, идущие от российской стороны, которые предопределяют доминирующую роль Москвы.

Включение Вашингтона в процесс формирования новой коалиции на Южном Кавказе будет сопровождаться оказанием странам-участницам очевидной помощи в таких аспектах, как идеологическая гибкость, динамичность экономики, что в конечном счете будет сказываться на факторе политической жизнеспособности государств. Вместе с тем, стремление Анкары занять доминирующую роль со своим идеологическим укладом может создать предпосылки для кризисной ситуации, которая не затронет тандем Турция-Азербайджан, но заметно скажется на роли и участии в проекте Грузии и Израиля.

 

Автор: Белова Наталья

директор института демографии, миграции и региоанльного развития, эксперт по Кавказу

Наследие.Ru

 



Если вы незарегистрированный пользователь, ваш коммент уйдет на премодерацию и будет опубликован только после одобрения редактром.

Комментировать

CAPTCHA
Защита от спама
1 + 0 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.