Интеграция – это улица с двусторонним движением

Эксперт «Москвы наций», руководитель отдела по интеграции при мэрии города Вены Урсула Штруппе – об австрийском опыте социализации мигрантов.

- У нас интеграция понимается как многообразие, то есть, мы хотим, чтобы город Вена стал многоликим, чтобы здесь присутствовали разные культуры, люди разговаривали на разных языках. Мы не хотим причесать всех под одну гребёнку; мы хотим, чтобы это многообразие сохранилось, люди интегрировались и смогли как-то вместе в Вене жить.

Что касается помощи со стороны города, то, прежде всего нами разработана специальная программа; она называется «Start Wien». Это программа включает в себя как индивидуальное консультирование, так и коучинг. Мы разговариваем с иммигрантом, пытаемся понять, в чём он нуждается, пытаемся объяснить ему специфику городской жизни, рассказываем о системе здравоохранения, о правовой системе. Если у него есть дети школьного возраста, то мы объясняем ему, как он может записать их в школу. Мы предлагаем мигрантам языковые курсы. Наша политика предполагает, что переселенец должен владеть языком на уровне A2 согласно общеевропейской классификации языковой компетенции. И эти курсы мы предлагаем либо бесплатно, либо, если они платные, компенсируем часть стоимости.

В этом контексте, возникает ещё одна, может быть, даже более сложная задача. Она заключается в поддержке коренного населения. Зачастую тем жителям Вены, которые давно живут в городе, также непросто принять изменения – например, то, что город становится многонациональным.

Поэтому интеграция для нас – это улица с двусторонним движением, где и мигранты, и автохтоны, точнее, коренное население, получают поддержку.

Конечно же, в Вене есть коренное разделение, различие между так называемыми признанными этническими группами и прочими этническими группами. В первом случае здесь имеются в виду группы, которые уже очень долго, в течение столетий живут на нашей территории. Это, например, словенцы в Каринтии, хорваты в Бургенланде. Но есть и другие группы. Сербы или турки, например, которые по 30 лет живут здесь. Все национальные меньшинства, по конституции, могут иметь собственные школы. Кроме того, у них есть свои средства массовой информации, например, которые вещают и пишут на турецком, польском, китайском языках.

Разумеется, дискриминация у нас есть. Главная наша трудность в том, что люди, ей подвергающиеся, часто не говорят об этом. Хотя центр, в котором они могут получить помощь и поддержку, в Вене есть. Мы считаем очень важной борьбу с проявлениями расизма – и с точки зрения имиджа страны на мировом уровне, и с точки зрения отношений внутри страны. У нас в уголовном законодательстве существует статья, предусматривающая крупный штраф за разжигание вражды – в это понятие входят публичные оскорбления представителей других народностей, других конфессий. Здесь это жестко контролируется.

Мы стараемся сделать так, чтобы люди не боялись обратиться в наш центр за помощью, чтобы они говорили: «Да, я подвергся дискриминации. Меня не пустили из-за чёрного цвета кожи на дискотеку». И очень важно поощрять, чтобы люди боролись с этим явлением.



Если вы незарегистрированный пользователь, ваш коммент уйдет на премодерацию и будет опубликован только после одобрения редактром.

Комментировать

CAPTCHA
Защита от спама
1 + 0 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.