Македония в поисках имени и места в Европе

Нелегкая доля выпала этой крохотной балканской стране. Население всего 2 миллиона. Теснится в котловинах и на склонах горных кряжей. В давние времена южные славяне перемешались здесь с античными македонцами, иллирийцами и фракийцами, и приняли христианскую веру. Сегодня их потомки живут бок о бок, в основном, с албанцами, исповедующими ислам. Добрососедские отношения, увы, не складываются. Вдобавок горцы с монотонным упрямством обмениваются нелицеприятными репликами с соседями в Болгарии и Греции: у каждой припасен список претензий.

Наконец, с момента обретения независимости и провозглашения суверенитета никак не могут дать своему государству имя, признаваемое всеми, и вынуждены жить с временным прозвищем. Сегодня эта страна значится во всех реестрах, в том числе и среди стран-членов ООН, как «Бывшая Югославская Республика Македония» (FYROM – БЮРМ). Ясно, что самоидентификация через прежний утраченный статус – не от хорошей жизни. Это не снимает с повестки дня вопрос: «Как вас теперь называть?»

Ситуация у македонцев, прямо скажем, не катастрофичная, но зыбкая и вязкая, как болотное дно. Истоки нужно искать в недалеком прошлом.

Суверенитет на крови

В сентябре 1991 года по следам референдума, на котором более 95% граждан пожелали выйти из состава югославской федерации, был провозглашен суверенитет. Федералы молча собрали походные ранцы и ушли. Развод вышел, в отличие от соседей, почти бархатным.

Но затем, в январе 1992 года, в духе приснопамятного и нам «парада суверенитетов», на референдуме с требованием обрести широкую автономию в районе города Тетово в Западной Македонии выступило албанское меньшинство (этнические македонцы составляют 75%). Распространению настроений в пользу обособления способствовало набиравшее силу сепаратистское движение албанских единоплеменников в сербском крае Косово и Метохия. Эффект заражения очевиден. Вылазки местных сепаратистов участились: в Македонии в течение 1998 было совершено 1884 террористических акта, унесшие жизни около 300 человек.

Вскоре ставки в перекраивании границ бывшей Югославии выросли ещё. В марте 1999 года НАТО нанесло ракетно-бомбовые удары по югославским городам, промышленным объектам, мостам через Дунай, чтобы принудить Белград смириться с выдавливанием сербов из Косово, где местные албанцы, косовары, силой оружия устанавливали свою власть для дальнейшего провозглашения собственного государства.

В конечном счете, албанское Косово случилось, что породило эйфорию у адептов давней идеи объединения окрестных земель в «Великую Албанию». Не случайно в марте 2001 в Македонии вспыхнули полномасштабные военные действия, начатые раскольниками-албанцами, создавшими по образу и подобию Армии освобождения Косово (АОК) собственные вооруженные формирования, названные Армией национального освобождения (АНО). Совместно, АНО и АОК пошли на штурм столицы, на Скопье.

В планы Евросоюза и США в тот момент, видимо, не входило создание Великой Албании, и потому дальнейшая балканизация Балкан была приостановлена. Рычаги воздействия имелись: в 1999 году введенных за шесть лет до этого в Македонию миротворцев ООН заменили 14-тысячным воинским контингентом войск НАТО, да и Приштина, зависимая от спонсоров своего суверенитета, не могла ослушаться и потому умерила свои амбиции.

Однако пролитая кровь продолжает стучать в сердца и не позволяет гармонизировать межнациональные отношения. Плавильный котел булькает зловеще. Это заставляет архитекторов ЕС с опаской взирать на «мягкое подбрюшье» Европы и не спешить с кооптированием Македонии.

Путь в Европу

Утешительным призом стала майская резолюция Европейского Парламента, призвавшая к началу переговоров с Македонией о членстве в Евросоюзе. Ложкой дегтя, испортившей обедню, стала высказанная вслух озабоченность депутатов тем, что у страны нет общепризнанного имени. Новость эта амбивалентна по своему значению, потому как в октябре 2012 года Еврокомиссия в четвертый раз порекомендовала начать переговоры.

В конце июля Линас Линкявичюс, министр иностранных дел Литвы, председательствующей во втором полугодии в Совете министров ЕС, поощрительно похлопал македонцев по плечу, заверив, что у них все шансы сделать несколько шагов вперед к заветной цели. Скорее всего, его заявление должно было послужить мятным пряником, чтобы нейтрализовать горькое послевкусие от откровения посла Литвы при ЕС на заседании Комиссии по европейским вопросам: «Македония не входит в приоритеты по расширению во время председательства Литвы».

Посол сказал правду: обременения, связанные с абсорбцией могучей десятки новобранцев призыва 2004 года, а также Болгарии и Румынии, и кризис, поразивший еврозону, умерили энтузиазм поборников расширения численного состава сообщества. Евросоюз, по сведениям радиостанции «Дойче велле», «не планирует дальнейшее расширение до 2020 года».

Сегодня никто из стратегов Евросоюза не жаждет повесить себе на шею еще одних потенциальных иждивенцев. Кому охота с учетом уже подвисших на внешних заимствованиях стран, от Греции и Португалии до Ирландии, брать ответственность за страну, где госдолг растет и на конец мая составил 2,731 миллиарда евро, что равно 37,9% от ВВП. Да, сумма долга и его доля от ВВП не критичны, но настораживает туман вокруг перспективы расплатиться.

По данным Народного банка Македонии, с 2008 по 2012 год увеличилось число фирм с блокированными счетами с 14.000 до 40.000 (а это 30,5% от общего количества). Неплатежеспособность обычно свидетельствует о неблагополучии на макроэкономическом уровне, но также намекает о неумелом менеджменте на уровне конкретных фирм.

В каком-то смысле, наступившая пауза в расширении галактики по имени единая Европа выгодна Македонии – успеет подготовиться, сделать домашнее задние, исправить ошибки, излечить стародавние болезни. А их накопилось немало, о чем не преминул напомнить Линас Линкявичюс, выступавший от имени и по поручению главного уполномоченного ЕС по внешней политике и вопросам безопасности Кэтрин Эштон.

Список нерешенных по сию пору проблем внушителен. Это и шаткость, и валкость внутриполитической ситуации. Недоразвитость демократических институтов, в частности, юридический нигилизм, подрывающий верховенство права, коррупция, степень свободы и несвободы прессы. Вялотекущий конфликт между различными этносами. Кризис во взаимоотношениях с соседями. И скандальное: «Как вас теперь называть?»

Соседи пыхтят, ворчат и дуются

Тема болезненная. Со всех сторон выдвигаются претензии, притязания и поползновения. Почти по Блоку: «И каждый день обиды множит». То в Евросоюзе пеняют Македонии на то, что она превратилась в перевалочный пункт для нелегальных мигрантов из Африки и Азии. То местные цыгане требуют записать их отдельной строкой во все регламенты, чтобы гарантировать соблюдение их прав как нацменьшинства. То македонские болгары настаивают на закреплении в конституции их особого статуса.

С последними разговор выходит на повышенных, если не сказать – крикливых тонах. Это провоцирует Софию на регулярные дипломатические демарши, а местную прессу на обвинение политиков в Скопье в упрямом паразитировании на антиболгарских предрассудках и риторике. Как утверждает председатель болгарского культурного клуба в столице Македонии, «мы (проживающие здесь болгары) подвергаемся дискриминации, моментам репрессии, полностью маргинализованы в обществе, нас нет ни в одном слое общества, ни на одном уровне».

Более того, звучат упреки в де-болгаризации Македонии. Например, с целью перелицевания, то есть переписывания истории при реставрации фресок и икон в древних храмах и монастырях вымарывается слово «болгарский», заменяемое, в лучшем случае, на слово «славянский». Икона с изображением просветителей Кирилла и Мефодия, называвшаяся в оригинале «Болгарские педагоги», переименована. Святой Пантелеймон превращен в Велеса. А главное, надписи на староболгарском заменяются надписями на современном македонском языке.

К вопросу о языкознании. Когда Болгария первой из всех стран признала независимую Македонию, в Софии оговорились: это отнюдь не означает, что они признают существование некой самостоятельной македонской нации с особым «присущим им», как выражались братья Стругацкие, языком. У соседей горцев большинство лингвистов до сих пор убеждено, что македонский язык – одна из трех «норм» болгарского языка.

Снять напряжение помог договор, подписанный в 1999 году премьер-министрами Болгарии Иваном Костовым и Македонии Любчо Георгиевским: его преамбула была составлена на двух языках, и подчеркивалось, что речь идёт «о македонском языке согласно конституции Республики Македония».

Разрядки напряженности на высоком уровне удалось добиться, но на бытовом уровне всё еще сумрачно. Болгары даже обвиняют македонские власти в том, что те якобы втайне подзуживают сограждан разорять захоронения болгарских солдат, распуская слух: мол, в могилах можно найти много золота. Ветхие кладбища и впрямь стоят, словно приговоренные к забвению. Как, судя по всему, и женевская конвенция о ведении войны.

Понятно, что доказать факт подстрекательства со стороны властей затруднительно. Проще найти доказательство словам главы болгарского культурного клуба в Скопье, что его соотечественников днем с огнем не сыскать на государственных постах. Молва утверждает, что если македонцы хотят кого-то оскорбить, то сравнивают его с болгарином или в случае неодушевленного предмета ставят уничижительную метку: «болгарский».

На неблагоприятном фоне взаимной антипатии по историческому недоразумению София без всяких обиняков и стеснений, ссылаясь на притеснения болгарского меньшинства, грозится заблокировать членство Македонии в ЕС. Недавно один из болгарских депутатов Европарламента заявил: «В прошлом многие политики и историки Македонии строили карьеру на антиболгарской основе». В прошлом, а сегодня? «Подвижки», как любил выражаться Андрей Громыко, наблюдаются, но слишком робкие, чтобы стать переломными и расчистить подъездные пути к Брюсселю. К тому же есть и другие рогатки и препоны, установленные на этот раз Афинами.

Что в прозвище тебе моем?

В Греции бытуют серьезные опасения, что если FYROM–БЮРМ переименуют в Македонию, то горячие головы, заполошные патриоты, те самые, что с большой помпой установили в центре Скопье памятник Александру Македонскому, которого они, по сути, приватизировали, и его отцу Филиппу (см. «Всадник без имени», №9(58), 2011), могут выдвинуть территориальные претензии на одноименную греческую провинцию.

Вспомним, что географическая и топонимическая экспансия всегда вызывала нервную реакцию у соседей. По этой причине Афины легли поперек дороги, ведущей в Евросоюз и НАТО, и не были намерены разблокировать этот путь. Пока БЮРМ не подала иск в Международный суд в Гааге, а затем 5 декабря 2011 года Международный суд ООН постановил, что Греция не имеет права блокировать членство Македонии ни в одной международной организации.

Все эти годы, как и с болгарами, копились обиды. В Скопье едва ли могут безучастно воспринимать то, что греческие парламентарии регулярно называют македонцев «цыганами из Скопье». И тем более забыть фразу экс-президента Мицотакиса: «Кто будет помнить Македонию 10 лет спустя?»

Этим летом хроника взаимных недружественных акций продолжилась. МИД Македонии направил ноту протеста в связи с «третированием» македонских туристов. Активисты националистической греческой партии «Златна зора» провели демонстративную сходку на границе с БЮРМ. Афины дополнили список македонских журналистов, которым запрещен въезд в Грецию на том основании, что «они представляют угрозу внутренней безопасности».

В июле в прессе появилось сообщение, что греческий министр обороны во время визита в Вашингтон избегал встреч с журналистами из Македонского информагентства, а затем заявил им: «Откуда вы? Из Македонии? Тогда почему не говорите по-гречески?»

Вместе с тем отмечены и позитивные сигналы. Так, министр иностранных дел Греции объявил в парламенте о начале нового этапа переговоров с Македонией в сентябре и при этом подчеркнул, что Скопье должно рассматривать Афины как партнера и ворота в НАТО. В свою очередь, почти синхронно, македонский премьер-министр Никола Груевски заявил: «Мы сделаем все возможное для восстановления диалога с Грецией».

Возможно, вопреки всплескам антипатий на бытовом уровне, начали сказываться два конструктивных фактора. Во-первых, в последнее время обкатывается вариант названия: «Горная Республика Македония» или просто «Горная Македония». У горцев, похоже, этот компромисс не вызывает идиосинкразии – даже лидер албанской партии в Македонии «ДУИ» объявил, что его община согласна с этим именем. Как относятся к этому рационализаторскому предложению в Афинах? Не ведомо. Не исключено, что геологический эпитет ставит крест на потенциальных поползновениях окопавшихся экспансионистов на греческую Македонию.

Во-вторых, растет отчуждение в Греции в отношении ЕС. Как не вполне политкорректно выразился министр иностранных дел Македонии, «сегодня Греция – это протекторат, в котором все решения принимает Тройка международных кредиторов». Но и сама Македония не больно обласкана единоевропейцами: ей еще долго топтаться в передней ЕС. Вот как это комментирует швейцарская газета «Нойе Цюрхер Цайтунг»: Македония изолирована, греческое вето и недостаток реформ блокируют страну, поэтому она полностью исчезла с политической карты расширения Европы.

Как следствие, на Балканах нарастает, как ни парадоксально, центростремительный тренд. Всё чаще стали проходить встречи руководителей этих стран с целью воссоздания, по сути, былых кооперационных связей и налаживания региональной интеграции, но не политической, а сугубо деловой и коммерческой. Начинают прорисовываться контуры новой модели взаимоотношений балканских стран, что впервые открывает перспективу договориться об имени для Македонии и урегулировать многочисленные взаимные претензии.

И в этом можно усмотреть шанс для Скопье и для всех македонцев, без этнических и конфессиональных различий, на обретение уже более никем не оспариваемой идентичности и места под солнцем в семье балканских и, в более широком контексте, европейских народов.

* * *

Церковный постулат гласит: «По мощам и елей». Логика правосудия ему созвучна: «Соразмерно содеянному». Политологический фольклор утверждает: «Каждый народ заслуживает того правительства, которое он имеет». Словом, воздаяние, по человечьему разумению, всегда если не оправданно, то обусловлено и мотивировано. Но тогда, не пойму, чем же провинилась Македония, притягивающая вселенские напасти?!

Владимир МИХЕЕВ

№6-8(78), 2013

 

http://www.alleuropa.ru/makedoniya-v-poiskach-imeni-i-mesta-v-evrope



Если вы незарегистрированный пользователь, ваш коммент уйдет на премодерацию и будет опубликован только после одобрения редактром.

Комментировать

CAPTCHA
Защита от спама
2 + 10 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.