США – Китай: саммит противоречий

 

 

Всего лишь несколько дней спустя после знаковой встречи президента США Дональда Трампа и председателя КНР Си Цзиньпина – на которой стороны пытались сгладить торгово-экономические разногласия и выработать меры по развитию политического диалога при новой американской администрации – в Китае были обнародованы разочаровывающие для Вашингтона статистические данные.  Согласно докладу Таможенной службы КНР, китайский экспорт вырос в марте на 16,4% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года. Это произошло на фоне отмеченного в феврале спада на 1,3%. Данный показатель выглядит еще весомее, если учесть, что ведущие международные аналитики, опрошенные совсем недавно агентством Reuters, прогнозировали рост экспорта Поднебесной в марте всего лишь на 3,2%. В результате положительное сальдо торгового баланса Китая в долларовом выражении в марте составило 23,93 млрд. долларов. Это более чем в два раза превышает прогнозы аналитиков (10 млрд. долларов). При этом еще в феврале дефицит торгового баланса Китая составлял 9,15 млрд. долларов.

Что же касается конкретно США, то положительное сальдо торгового баланса Китая с этой страной выросло в марте до 17,74 млрд. долларов по сравнению с 10,42 млрд. долларов в феврале. В перерасчете на первый квартал текущего года оно составило 49,6 млрд. долларов по сравнению с профицитом в размере 50,57 млрд. долларов за аналогичный период 2016 года. (vestifinance.ru) Иными словами, ситуация восстановилась после негативных процессов, отмеченных в феврале.

Торгово-экономические проблемы, и,  в частности, профицит Китая в торговле с США, представляют собой сегодня ключевое противоречие в отношениях Вашингтона и Пекина. По итогам 2016 года указанный профицит составил 347 млрд. долларов – притом, что за 20 лет до этого (в 1996 году) он составлял менее 50 млрд. долларов. (vestifinance.ru)

Иными словами, за 20 лет профицит вырос примерно в семь раз. При этом в настоящее время Китай представляет собой для США третий по величине экспортный рынок после Канады и Мексики. В 2016 году Поднебесная закупила американских товаров на сумму 116 млрд. долларов – что более чем в пять раз превышает показатель 2001 года (порядка 20 млрд. долларов).

Президент Дональд Трамп еще в ходе предвыборной кампании обещал предпринять все необходимые меры для того, чтобы переломить ситуацию и даже заставить китайскую сторону императивно повысить курс юаня по отношению к доллару. В качестве рычага воздействия на Пекин американский лидер предлагал использовать повышение пошлин на импортируемые из Китая товары, а также объявить Китай «валютным манипулятором» - что серьезно осложнило бы положение Пекина в ВТО. А говоря о меню своей неизбежной встречи с Си Цзиньпином, Трамп в ходе предвыборных дебатов даже заявлял, что китайский лидер заслуживает «гамбургер из Макдональдса», а не полноценный протокольный обед для главы государства.

Однако действительный масштаб проблем, похоже, оказался еще глобальнее, чем это виделось Трампу-кандидату. И в ходе прошедших в начале апреля переговоров лидеры двух стран наметили своеобразную стодневную переговорную «дорожную карту», в рамках которой эксперты двух стран попытаются выработать конкретные меры, направленные на увеличение экспорта США в Китай и сокращение профицита торгового баланса Поднебесной с Соединенными Штатами.  Со своей стороны, Си Цзиньпин  выразил готовность пойти на ряд существенных уступок. Они касаются расширения доступа американских инвесторов к ключевым сегментам китайского рынка – финансовым институтам и мощностям по производству товаров массового потребления. Кроме того, председатель КНР заявил о готовности снять запрет на импорт в Китай говядины из США, существующий с 2003 года.

Однако мартовская статистика свидетельствует о том, что пока политики не поспевают за развитием экономических реалий.  А учитывая, что ряд представителей финансово-экономического блока в администрации США (прежде всего, руководитель Национального совета по торговле Питер Наварро) занимают крайне жесткую позицию в плане обеспечения протекционистских интересов США в торговле с их основными партнерами в лице Китая и Европейского союза - можно прогнозировать, что стодневная «дорожная карта» не приведет к радикальному оздоровлению торгово-экономических отношений США и Китая, и лидерам двух государств потребуются новые усилия, саммиты и договоренности.

В своем недавнем интервью лондонской газете The Financial Times Питер Наварро заявил, что одним из приоритетов администрации Трампа будет возвращение цепочек поставок американских корпораций в США.  По его словам, одно лишь сохранение в стране крупных заводов, собирающих «американские» товары из иностранных комплектующих, не принесет пользы экономике США в долгосрочной перспективе, а создание собственных крепких цепочек поставок «ускорит рост занятости и зарплат». Наварро, который был советником Трампа во время предвыборной кампании, давно критикует прежнюю торговую политику: «Меня беспокоит реальное влияние дефицита торговли товарами США на темпы роста нашей экономики и доходов» - подчеркнул глава Национального совета США по торговле. (ft.com)

Однако пока китайская сторона явно чувствует свое преимущество в торгах с США «В этой тревожной обстановке китайский президент на переговорах во Флориде сумел сохранить исключительную невозмутимость. Не произнеся ни слова о сирийском досье, Си Цзиньпин довольствовался тем, что мало-помалу ослабил протекционистские поползновения Дональда Трампа…» - так прокомментировала итоги переговоров Дональда Трампа и Си Цзиньпина парижская газета Le Figaro. (lefigaro.fr)

В данной связи следует также учитывать, что введение протекционистских таможенных барьеров либо же, наоборот, их разовая отмена сами по себе отнюдь не ведут к моментальному оздоровлению торгово-экономических отношений. «Китай всячески субсидирует разнообразный экспорт в другие страны мира. Но если США добьются остановки этих субсидий или запрета на субсидированную продукцию, это приведет к тому, что производство будет переброшено во Вьетнам и другие страны с низкой заработной платой, а вовсе не к созданию хороших рабочих мест в США» - справедливо указывает лондонская газета The Financial Times и продолжает: «Аналогичным образом снижение торговых ограничений для американской продукции в Китае действительно способствовало бы развитию американских компаний, но при этом весьма незначительная часть дополнительного производства окажется в Америке. Американские компании высказывают обоснованные претензии, касающихся требований, что они разделяют со своими китайскими партнерами интеллектуальную собственность, когда инвестируют в Китай, но если бы эти проблемы были решены, это привело бы, скорее всего, к переводу большего количества производств в Китай». (ft.com)

Следует также иметь в виду, что торгово-экономические вопросы – не единственная сфера противоречий Вашингтона и Пекина. Они накладываются на весьма длинный список политических разногласий в подходах к ключевым международным проблемам – в том числе к тем, которые администрация Дональда Трампа изначально объявила приоритетными для себя.

Серьезные разногласия сохраняются по ядерной проблеме КНДР. Эта тема также всесторонне обсуждалась в рамках американо-китайского саммита в имении Дональда Трампа Мар-а-Лаго – и президент Трамп четко обрисовал свое видение возможного «размена» КНДР на двустороннюю торговлю. «Я объяснил председателю Китая, что условия торгового договора с США будут для китайцев намного лучше, если они решат проблему Северной Кореи!» - так сжато, цинично, но предельно четко сформулировал главное содержание американо-китайских переговоров на высшем уровне в Мар-а-Лаго сам президент США в своем блоге в Twitter. (@realDonaldTrump)

«Существует много вопросов - Тайвань, Южно-Китайское море, торговля и т.п., - которые могут испортить американо-китайские отношения, однако нет ничего более срочного, чем вопрос относительно Северной Кореи» - подтверждает в беседе с американским изданием The Foreign Policy профессор Университета Джонса Хопкинса Хо-Фун Хун. (foreignpolicy.com)

Однако решить северокорейскую ядерную проблему лишь усилиями Вашингтона и Пекина невозможно – необходимо подключение других постоянных членов Совета Безопасности ООН и ведущих мировых держав во главе с Россией. Не случайно именно ситуация вокруг КНДР стала одним из ключевых пунктов переговоров в Москве 12 апреля российского министра иностранных дел Сергея Лаврова и прилетевшего в Россию со своим первым визитом американского госсекретаря Рекса Тиллерсона. В ходе дискуссий стороны отметили, что ситуация на Корейском полуострове «очень тревожит» обе  державы. «Россия и США выступают за неукоснительное соблюдение резолюций СБ ООН, которые были приняты на эту тему. Сегодня мы говорили о том, как найти способы выйти из спирали конфронтации и перейти к тому, чтобы создать условия для переговорного процесса, урегулирования проблемы денуклеаризации Корейского полуострова через политические и дипломатические усилия» - заявил в этой связи Сергей Лавров. (mid.ru)

Еще одним важным фактором развития отношений в треугольнике США-Китай-Россия выступает то обстоятельство, что для Пекина ситуация на Корейском полуострове – лишь часть (хотя и актуальная) более широкого азиатско-тихоокеанского внешнеполитического вектора. «По досье своего экспансионизма в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях – указывает в этой связи французская газета Le Figaro -Пекин демонстрирует истинное терпение игрока в го… И постепенно укрепляет свои военные базы, которые построил на островках вдоль берегов Вьетнама и Филиппин». Что же касается США, то для них в геополитических спорах с Китаем «по-прежнему актуален серьезный риск  быть вытесненными  из Юго-Восточной Азии и при этом ничего не выиграть на Ближнем Востоке» – весьма справедливо отмечает издание.

Схожей точки зрения придерживается и лондонская газета The Financial Times - весьма осторожно оценивающая результаты первого американо-китайского саммита при президентстве Дональда Трампа: «Если в ходе встречи не было достигнуто никаких дипломатических прорывов по важным темам, это является свидетельством того, что ни с той, ни с другой стороны не было никаких проявлений жесткости. В результате встречи не претворились в жизнь ни большие надежды, ни глобальные опасения. Поэтому вопрос о том, в каком направлении движутся экономические отношения между Соединенными Штатами и Китаем, и куда США хотели бы их направить, остается открытым».

На фоне сохранения существенных противоречий США и Китая в торгово-экономической сфере, а также в Азиатско-Тихоокеанском регионе возможной областью геополитических «разменов» может выступать вышеупомянутый ближневосточный регион – в том числе и сирийская проблема. От внимания Вашингтона не укрылся тот факт, что Китай воздержался при голосовании последней резолюции, внесенной США и их союзниками по Сирии (на которую наложила вето Россия). Пресс-секретарь Белого дома Шон Спайсер даже назвал в эфире телеканала Fox News решение Китая воздержаться от голосования «огромной дипломатической победой» лично президента Трампа. (video.foxnews.com)

Однако подобные оценки выглядят явным преувеличением. Китайская сторона в русле своей политики, отрицающей какие-либо долгосрочные и документально зафиксированные международные союзы и альянсы, подает Вашингтону сигналы относительно собственной системы геополитических приоритетов для того, чтобы расширить пространство при обсуждении ключевых для Пекина вопросов. Аналогичным образом следует рассматривать и наблюдаемую в последние месяцы активизацию военно-политического взаимодействия Китая с Россией. Нынешняя международная обстановка и состояние торгово-экономических отношений Поднебесной с другими странами объективно играет на руку подобному подходу – одновременно весьма осложняя ситуацию для США.

 

 Пётр Искендеров, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН, кандидат исторических наук
 

https://interaffairs.ru/news/show/17336



Если вы незарегистрированный пользователь, ваш коммент уйдет на премодерацию и будет опубликован только после одобрения редактром.

Комментировать

CAPTCHA
Защита от спама
8 + 1 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.